Мексикатор

Loading...

Как боевик нашего детства превратился в феминистски-промигрантскую пропаганду, ведущую к сокращению территории США на треть

«Терминатор-2. Судный день» Джеймса Кэмерона был шедевром после которого любые продолжения бессмысленны. К тому же этот великолепный, человечный и оптимистичный фильм, в котором сообщалось, что русские – друзья Америки, а футболка с двуглавым орлом гласила: «Когда была свободна Русь, то три копейки стоил гусь», закрывала тему – нет судьбы, кроме той, которую мы творим, ядерный крах человечества отменен женщиной, ребёнком и перепрограмированным роботом.

Однако прибыльные киносаги требуют продолжения. Именно поэтому человечество уже два десятилетия к ряду наблюдает за мучительными и постыдными конвульсиями великой франшизы. В «Терминаторе-3» Скайнет получил шанс отыграться и отменить отмену судьбы. Это было, скажем прямо, подло. В «Терминаторе-4» была создана интересная боковая ветка в будущем, но дело было запорото сколь зрелищным, столь и нелогичной финальной боевкой. Что из себя представлял «Терминатор-5» (формально – самое кассово успешное из всех кассово неуспешных продолжений) – понять затруднительно, кроме того, чтобы в очередной раз раздеть Эмилию Кларк и извалять в грязи Джона Коннора.

На этом безрадостном и, порой, тошнотворном фоне, «Терминатор-6» выглядит даже симпатично. Во-первых, достигнутая в «Судном дне» победа под сомнение больше не ставится, хотя моральное торжество от неё уничтожается убийством маленького Джона Коннора. Во-вторых, посмотреть на дуэт старых Линды Хамильтон и Арнольда Шварценеггера в любом случае приятно. В-третьих, появление «универсального солдата» в лице героини Маккензи Дэвис – Грейс, выглядит достаточно свежо. В-четвертых, фильм местами получился довольно сильным и симпатичным. Не будь он частью вселенной «Терминатора» его можно было бы даже признать пригодным к просмотру.

Но, к сожалению, все позитивные моменты фильма перевешивает его свинцовая идеологическая нагрузка. Не слишком комплексуя, создатели ленты сняли «Терминатора» для девочек и мексиканцев. Всю линию фильма ведет трио из универсального солдата из будущего – Грейс, юной мексиканки Дани Рамос и постаревшей, но боевой Сары Коннор. Это настолько незамутненно наивная история трёх женщин, которые убегают от мужчины, пытающегося их проткнуть чем-то острым, что не знаешь плакать или смеяться – точно испытываешь чувство неловкости.

То, что современный Голливуд превращается в фабрику по штамовке женских версий прославленных фильмов – не новость. Уже интересно – как скоро дойдёт дело до ленты «Отелла», в которой чернокожая Отти задушит из ревности своего белого бойфренда-бисексуала Десмонда. Но у всего же должны быть пределы. Сама нарочитость и механистичность подобных переделок дискриминирует женщин. Получается, что самостоятельной или, хотя бы, не натужной женской героической истории придумать сценаристы фабрики грез не способны, – они могут заниматься только травестированием старых сценариев. Две мохнатолапых хоббитши несут кольцо к Ордруину. Агентша Бонд глушит водку с мартини. На «Титанике» плывут Роза Бьюкейтер и чернокожая художница Джеки Доусон, вспыхивает страстная любовь, Роза тонет, оставляя Джеки прекрасное колье. Саксофонистка Джо и контрабасистка Джерри переодеваются женщинами и записываются в женский оркестр, где встречаются очаровательную чернокожую «Душечку». Ой, что это я несу?

Арнольд Шварценеггер и Линда Хэмилтон на премьре фильма «Терминатор: Тёмные годы» в Токио.

Фактически такое натужное перелицовывание оказывается куда более неуважительным в отношении женщин, чем «мужской» (более чем условно мужской) мир старого Голливуда. Это такая же сегрегационная технология, как и пресловутые феминитивы, в русском языке тем более унизительные, что образуются при помощи добавления к мужской основе уменьшительного суффикса «-ка».

Однако феминитивность – наименьший грех нового «Терминатора». Гораздо более существенно то, что он представляет собой развернутую и довольно агрессивную промигрантскую пропаганду. Новой спасительницей мира должна стать мексиканская нелегалка. А главным препятствием, стоящим между человечеством и спасением, – разумеется, Стена Трампа и весь комплекс мероприятий по усиленной охране американо-мексиканской границы.

Если в недавнем «Рэмбо» Мексика представала днищем нижнего ада, а дыра в границе, проходимая контрабандистами, источником угроз для американцев, в то время как Джон Рэмбо отважно защищал от мексиканцев свой дом, то в «Терминаторе-6» всё ровно наоборот. Мексика – милая, симпатичная, дружелюбная страна, где живут очень хорошие люди, где нет ни одного бандита или просто человека не очень хорошего, где все удивительно доброжелательны и дружелюбны даже к непонятным психам, вламывающимся в аптеку чтобы забрать лекарства (читай наркотики). Работают мексиканцы на заводах, собирающих американские автомобили (что, надо сказать, чистая правда), откуда их пытаются вытеснить злые роботы. Тут даже мыслим новый сорт луддизма – долой машины, отбирающие работу у мигрантов и мексиканцев. Более симпатичных людей, чем организаторы нелегальных подкопов под пограничные укрепления — так и вовсе нет – хотя это та самая публика, которой в соседнем «Рэмбо» Сталлоне вырезал сердца.

В то же время погранохрана США люди довольно равнодушные, неприветливые, даже злые, центр временного содержания – место негуманное и небезопасное. Ну и, наконец, ко всей пограничной системе легко может подключиться Зло и использовать её в своих интересах. В общем более беззастенчивого продавливания промигрантской антитрампистской идеологии трудно себе представить.

И в этом смысле «Терминатор», превратившийся в «Мексикатора», довольно ценен для понимания текущего геополитического положения США. На самом деле проблема «Стены Трампа» это не проблема нелегальной миграции, как мы иногда её неверно истолковываем. Это проблема долгосрочного геополитического будущего США.

В результате войны 1846-1848 года США отторгли у Мексики почти половину её территории, на которой появились штаты Калифорния, Нью-Мексико, Аризона, Юта, Невада, Колорадо, часть Вайоминга и добились признания своей юрисдикции над Техасом, который ранее сепаратистски от Мексики откололся.

Демографические процессы в Мексике идут с такой интенсивностью, что огромная часть её 126-милионного населения выплескивается в США, где становится уже не просто «латинос» (таковыми являются в США и архиконсервативные и очень патриотичные кубинцы), а именно мексиканцами, намеренными получать от американских богатств выгоды, совершать на соседской территории бесчисленные преступления (мексиканская преступность в Америке превратилась в мрачную кровавую проблему), но, в то же время, мечтающими о возвращении отторгнутых земель.

Американская «Новая Мексика» дрейфует на родину. Стремится возвратиться в лоно демографически переполненной праматери, высылающей в её направлении всё новых и новых нелегальных мигрантов. Партия демократов выступает, по сути, в роли нацпредателей, которые стараются не сдерживать этот процесс ради краткосрочных электоральных выгод (мигранты голосуют за демократов в надежде на легализацию). Однако в долгосрочном плане очевидно, что Мексика просто заселит этот регион США и возьмёт свое.

Это понимают такие утонченные американские геополитические аналитики. Сэмуэль Хантингтон в книге «Кто мы?» предложил американцам консолидироваться вокруг белого протестантского ядра и отстаивать свои границы. Той же позиции придерживается и другой консерватор – Патрик Бьюкенен. Ну и, разумеется, Дональд Трамп.

Но есть представители и другой точки зрения, влиятельный геополитик Роберт Каплан, по сути, предложил цивилизационную капитуляцию США – создание единого культурного пространства с Мексикой, отказ от белой протестантской идентичности США в пользу «европеоидно-общехристианской» с сильным южнокатолическим элементом. Мол, все мы христиане и постевропейцы, это нас роднит и противопоставляет прочим. По сути, это, конечно, был бы конец Соединенных Штатов и их цивилизации.

Ещё Роберт Родригес в «От заката до рассвета» показал, какие мины и демоны таятся в мексиканской душе, ещё не вполне забывшей того пласта культуры, который столетиями рос на идее что, как язвил Иосиф Бродский, «вечерняя жертва восьми молодых и сильных / обеспечивает восход надежнее, чем будильник». Поэт, побывавший в Мексике в 1970-е годы, когда всё было далеко не так запущено, даже пришел к выводу: «все-таки лучше сифилис, лучше жерла / единорогов Кортеса, чем эта жертва». Фильм «Апокалипто» Мэла Гибсона, в сущности, о том же….

Американский национализм, воплощенный в Дональде Трампе, имеет, таким образом, вполне конкретного внешнего противника – угрозу мексиканизации. Длительная временная протяженность мексиканской истории либо поглотит Запад США, либо будет отделена от него полосой отчуждения.

Рецепт Трампа – Стена звучит, быть может, и не идеально. Он слишком напоминает «Великую Китайскую Стену», не защитившую Китай от кочевых орд, и «Траянов» и «Адрианов» валы, которыми Рим пытался огородить своё цивилизованное пространство от варварского. Тоже, как мы знаем, не слишком успешно. Хотя – как сказать – укрепленный limes сдерживал варварские нашествия два с половиной столетия и за это время с Римской Империей много всего успело произойти – например, было принято Христианство, так что варваризованная Империя смогла возродиться в виде Западной Европы и Византии.

Так или иначе, мексиканская проблема – это «кащеева игла» Соединенных Штатов. Стоит американской империи чуть-чуть ослабеть и она утратит треть своей территории. Агитация «Мексикатора» направлена на то, чтобы США разоружились прямо здесь и сейчас. Причём используется любимый голливудский пропагандистский приём. Берется воображаемая метафизическая угроза человечеству, от которой её спасают «хорошие парни». Как правило – это американцы. Сотни миллионов подростков во всем мире уверены, что Америка круче всех, потому что там живет Железый Человек. В данном случае та же технология применена для того, чтобы в роли спасительницы мира и американцев выступила мексиканская женщина (которую, кстати, играет колумбийка, Наталия Рейес, видимо, чтобы индейские черты были более выпуклы), а Стена показалась проблемой на пути этого воображаемого спасения.

Актриса Наталья Райес на премьере фильма «Терминатор: Тёмные годы» в Токио.

Впрочем, справедливости ради, даже в «Мексикаторе» есть следы компромиссов с новым голливудским кодом, который всё более жестко начинает прописываться в выходящих в этом году фильмах: «Однажды в Голливуде», «Погоне за Бонни и Клайдом», «Рембо. Последняя кровь». Прежде всего, это чрезвычайно важный для нового кода мотив «старикам здесь место». Без старшего опытного поколения, ветеранов, вообще ничего не решить – и появление Сары Коннор и поседевшего терминатора Карла (Карла!) – это подтверждает.

Далее, оказывается, что живущий в Техасе Карл – большой патриот, добропорядочный любящий семьянин (не спрашивайте как это получается у робота) и даже агитирует за «вторую поправку», что для нынешних либералов в Америке страшнейший грех из возможных. Обосновывает Карл необходимость вооружаться – тем, что, во-первых, человечество с высокой вероятностью скатится в варварство и оружие может понадобиться для самозащиты, а во-вторых, «мы в Техасе».

Даже мексиканская тема обыграна в фильме не со стопроцентной однозначностью, так как преследующий героинь терминатор – это мексиканский мужчина, Габриэл Луна, который вполне может восприниматься как символ кровавого мексиканского криминала. Если спасение воплощено в мексиканке, то угроза – в мексиканце.

Пытались ли создатели «Терминатора-6» усидеть на двух стульях, или же требования нового консервативного голливудского кода настолько императивны, что уклониться от них просто невозможно? Пока определенно ответить на этот вопрос трудно. Но факт остается фактом, неудачный художественно и не обещающий оглушительного кассового успеха мигрантски-феминистский «Терминатор-6» тоже стал симптомом того, что консервативная революция в Голливуде продолжается.

На предстоящей неделе, с 14 ноября, российского зрителя ждут аж два американских патриотических фильма. Лента «Мидуэй» в старом-добром жанре «деды воевали» повествующая о решающем воздушно-морском сражении войны на Тихом Океане, и фильм «Форд против Феррари», восхваляющая старый добрый американский автопром и национальную промышленность, которую Трамп намеревается защищать. Впечатление от второго фильма, впрочем может быть подпорчено, если знать следующий факт: американские рабочие на американских заводах собирают японские автомобили. Старинные и прославленные американские бренды собираются теперь Мексике на заводах, вроде того, который показан в шестом «Терминаторе».

Loading...