Заключение медико-психологической комиссии станет обязательным для родителей

О планирующейся реформе в работе психолого-медико-педагогических комиссий сообщило Министерство просвещения. Эксперты видят в этих изменениях большую угрозу

Министерство просвещения сообщило о готовящихся больших изменениях в работе психолого-медико-педагогических комиссий (ПМПК), определяющих условия для получения образования детьми с особыми потребностями. В планах — отказ от термина «ОВЗ» («ограниченные возможности здоровья»), отмена предельного возраста проведения ПМПК, сведение комиссий в единую структуру, и главное, что на сегодняшний момент настораживает экспертов — отказ от рекомендательного характера заключения.
На прошедшей в Москве конференции, посвященной деятельности ПМПК, замглавы министерства Татьяна Синюгина заявила: «Исключится норма о рекомендательной норме заключения для родителей, оно станет обязательным».

Это может вызвать большие проблемы, считают эксперты.
Отсутствие четкой процедуры оценки и компетенций комиссии
Екатерина Мень, президент Центра проблем аутизма, говорит:

«В регулирующих работу ПМПК документах заложены противоречия с международными актами, к которым присоединилась Россия. Например, в комментариях к Конвенции ООН о правах инвалидов закреплено их право на доступ к различным формам образования в местах проживания. Инвалидность не должна быть причиной исключения из системы общего образования — но люди с инвалидностью в этой системе должны получать необходимую поддержку для обеспечения эффективности обучения.

Обязательность заключений ПМПК для родителей уничтожит эти права — получается, что родители уже не смогут выбирать форму образования, если ее предписала комиссия.
Понятно, что родители в результате будут уклоняться от ее прохождения и требовать создания необходимых образовательных условий от школы. А школа будет ссылаться на то, что образовательные условия предоставляются лишь на основе заключения ПМПК.

Нигде, включая и сам регламент ПМПК, не указаны требования к квалификации членов комиссии. Нет никаких четких процедур.
Функция ПМПК — выявление детей с трудностями обучения, и диагностика нарушений. Если говорить, например, о детях с РАС — у комиссии нет никаких диагностических инструментов, позволяющих объективно оценивать навыки и особые образовательные потребности детей с аутизмом.

Текущая редакция Положения о ПМПК предусматривает даже формальные требования только в отношении руководителя ПМПК; в отношении иных членов каких-либо требований не установлено. В связи с этим, на наш взгляд, возможной мерой по исправлению текущего положения дел является а) уточнение данных критериев (например, введения дополнительного требования о наличии релевантного опыта работы с детьми с особенностями, включая детей с РАС) и б) распространение данных требований на всех членов ПМПК, а не только на её руководство.

В общем, мы имеем дело со структурой, не имеющей внутренней регуляции ни с помощью этических, ни с помощью квалификационных требований.
В отсутствие таких требований как мы можем получить гарантию компетентной диагностики?
Уже сейчас, когда, по сути, частное мнение членов комиссии оспаривается родителями — а ведь родители часто знают о болезни своего ребенка намного больше врачей и педагогов! — возникает агрессия, немотивированные возражения, давление с помощью своего авторитета. «Что вы говорите, как вы смеете, мы вам не подпишем», и т. д. А теперь репрессивные возможности ПМПК хотят усилить.

«Когда родители не обязаны исполнять рекомендации, они просто не предоставляют заключение, с которым не согласны. Насколько возрастет такой риск, если исполнение станет обязательным?»
Со всей очевидностью, в такой норме мы видим и коррупциогенный риск. Даже сейчас мы имеем полученные в нашей коммуникации факты дачи взяток за «правильное» заключение. Но когда родители не обязаны исполнять рекомендации, они просто не предоставляют заключение, с которым не согласны. Насколько возрастет такой риск, если исполнение станет обязательным?

Важно понимать: в составе ПМПК не предусмотрены юристы. При этом сама структура должна содействовать именно реализации прав детей-инвалидов на образование, добиться, чтобы они были реализованы в школе. Но юристов там нет. И правовая грамотность членов комиссии часто оказывается запредельно низкой.

Толкование действующих документов, когда на них пытаются сослаться родители, может оказаться абсолютно диким. Мы регулярно узнаем о таких случаях из регионов. И получается, что ПМПК — орган, не имеющий реальной возможности ни качественной диагностики детей для построения дальнейшего маршрута, ни юридической компетентности — но его наделяют дополнительными полномочия, делая заключения обязательными для родителей!»

Вместо защитной функции — карательная
О том, как именно сейчас выглядит ПМПК, мы писали в материале о воспитаннике детского дома, получившем ложный диагноз умственной неполноценности. И это не единичный случай.

Руководитель РОО помощи детям с расстройствами аутистического спектра «Контакт» Елена Багарадникова в комментарии тому же порталу «Милосердие» говорит:

«В нашей стране принят медицинский подход к инвалидности и статусу «ОВЗ» (человек как проблема), вместо прогрессивного, социального — когда проблема и ограничения в среде, а не в человеке. Минусом первого является тупиковая ситуация, когда дольше до «нормы» улучшать и реабилитировать человека не получится, и, вроде как всё, делать ничего и не надо. А, например, о качестве жизни человека медицинский подход мало позволяет подумать.

Как организация, работая с родителями, мы одной из своих целей ставили повысить уровень защищенности права особого ребенка на образование. И один из необходимых механизмов для этой защиты — ПМПК.

Но сейчас вместо «защитной» функции его заключениям будет придан скорее карательный характер».

Переход к централизованной модели ПМПК назначен на 1 января 2020 года. До этого времени запланированы соответствующие поправки в Закон об образовании, и в подзаконный акт, регламентирующий деятельность комиссий.